Нелегкий выбор Федеральной Резервной Системы
|

Нелегкий выбор Федеральной Резервной Системы

ФРСПятница принесла двойственную реакцию доллара на данные по рынку труда в США. Занятость в секторе вне сельского хозяйства в ноябре выросла на 203 тыс., превысив ожидания экспертов, уровень безработицы снизился с 7,3% до 7,0% при ожидании 7,2%. Оптимизм отчета по занятости был поддержан ростом индекса потребительского доверия университета Мичиган до 82,5%.

Поначалу доллар вырос по отношению к другим валютам, но если рост к фунту и иене оказался в целом неплохим, то по отношению к евро он был краткосрочным, после чего пара eurusd продолжила рост и достигла к концу сессии значения 1,3705. Неожиданное выступление Марио Драги, почему-то не нашедшего повода немного ослабить единую валюту, до сих пор придает основной паре восходящий импульс, что выражается, среди прочего, и ростом краткосрочных процентных ставок в зоне евро.

В целом сильные данные добавили аргументов в пользу снижения QE3 уже в декабре, и теперь эксперты гадают, ждать ли изменений в денежной политике ФРС уже на ближайшем заседании или все-таки этот шаг будет сделан позже, к примеру в марте 2014 г.

Давайте посмотрим, какая реально задача стоит перед ФРС.

Количественное смягчение на первый взгляд помогло взять ситуацию под контроль – ВВП растет, инфляция в комфортной зоне, занятость тоже растет. Но какой ценой достигнуто это? Баланс ФРС за 5 кризисных лет вырос в 4 раза и достиг почти 4 трлн долл. Темпы эмиссии выросли в 50 раз. Казалось бы, при таком огромном потоке ликвидности США уже давно должны были скатиться в гиперинфляцию, но то, что рост потребительских цен крайне невысок, говорит о том, что эмитированные средства не доходят до реальной экономики, а оседают где-то вдалеке.

2 декабря по каналам Reuters было распространено сообщение – Федеральный суд США признал банкротом Детройт, задолженность которого составляет более 18 млрд долл. Это стало крупнейшим муниципальным банкротством в истории США, и на очереди другие. Отчего так происходит?

По оценке OECD, за последние 20 лет из США вывели свои заводы и фабрики более 43 тысяч компаний, что составляет 76% промышленного потенциала США. А социальные обязательства государства остаются на предельно высоком уровне. Не в силах обеспечить финансовое покрытие этих обязательств, власти США нашли своеобразное решение – обязательства планомерно переносятся на уровни ниже – с федерального на уровень штатов, а затем и на местный уровень. У местных властей денег, естественно, нет. Из 22 социальных программ, инициированных с 2008 года в рамках Антикризисного пакта, только 3 остались за федеральным центром и 7 – за бюджетами штатов. Проблемные активы в системе госуправления тоже передаются в округа и городские поселения.

Таким образом, мы имеем дело с постоянно растущим дефицитом консолидированного бюджета всех уровней. Экономисты работают с макроданными, то есть с параметрами рынка труда, инфляции, платежного баланса, роста ВВП и пр. на федеральном уровне. Для того чтобы скрыть этот постоянно растущий дефицит, идет постоянное сбрасывание проблем на уровень ниже.

Отсюда следует, что реальный уровень проблем, стоящий перед ФРС и правительством США, существенно выше, чем можно увидеть из отчетов по занятости или показателей потребительского спроса. Налицо разбалансированность американской экономики в целом, и она не решается программами количественного смягчения или секвестром бюджета. Все эмитированные деньги оседают на балансах банков, которые тратят их на выкуп активов, что приводит к росту фондовых рынков, цен на недвижимость и т.д.

Если ФРС закроет поток ликвидности, то это вызовет лавинообразное обрушение активов, поскольку спрос создавать будет некому.

Поэтому ФРС находится в нелегкой ситуации. Продолжать программу – значит способствовать все большему и большему накачиванию пузырей, которые, как известно, чем больше, тем громче будут лопаться. Если программу прекратить – то это означает с высокой вероятностью спровоцировать обрушение активов прямо сейчас.

Выход должен быть найден вне этой дихотомии.

Известно, что реальная экономика жестко привязана к уровню энергопотребления – электричества, нефти, угля и т.д. На рисунке ниже можно увидеть, как изменялся ВВП США за 2007–2012 годы и как соответственно изменялось энергопотребление. Хорошо видно, что за 2 последних года рост ВВП проходил на фоне снижения уровня энергопотребления. Такое может быть лишь в двух случаях – либо данные о росте ВВП недостоверны, либо структура ВВП США в последние годы сильно изменилась в пользу сферы услуг и прочей нефизической экономики.

Нелегкий выбор Федеральной Резервной Системы
Смотреть полное изображение
 

Поскольку данных о значительном изменении структуры экономики США нет, то можно предположить, что меняется структура промышленных групп – выпуск продукции уменьшается, а доля непромышленного сектора (финансы и услуги в первую очередь) растет, но их показатели продолжают традиционно засчитываться в «промышленный» сектор структуры. Другими словами, промышленные гиганты в поисках спасения от банкротства все больше и больше уходят в финансовый сектор, но их доходы по прежнему – доходы промышленности.

Таким образом, физическое падение экономики США может быть самой большой проблемой, которая стоит перед правительством и ФРС, поскольку приведет к катастрофическому изменению платежного баланса страны, закрыть который будет нечем, разве что гиперинфляцией. Для решения этой проблемы монетарных мер явно недостаточно, но и стимулировать возврат промышленности на территорию США – дело сложнее, чем может показаться. Стив Джобс во время слушаний в Конгрессе прямо заявил, что вернуть производство Apple из Китая в США невозможно, поскольку утеряна технологическая база.

Если же пойти по пути жесткого контроля за деятельностью банков, ограничив их в возможностях спекуляций (ввод в действие “правила Волкера” в июле 2014 г), то это может привести к остановке роста ВВП, хотя, возможно, позволит улучшить платежный баланс, в настоящее время устойчиво дефицитный. План Волкера способен вызвать мощный вал противодействия, и если правительство действительно готовится ввести его в действие, то это означает, что ситуация зашла так далеко, что более легких путей уже не осталось.

На предстоящей неделе основными драйверами в паре eurusd будут технические факторы и риторика высших должностных лиц, поскольку публикаций важных экономических новостей не запланировано, разве что в понедельник в 11.00 мск мы узнаем об изменениях в торговом и платежном балансе Германии, а чуть позже, в 15.00 мск – в промышленном производстве, да в четверг, 12 декабря, мы сможем ознакомиться с ежемесячным отчетом ЕЦБ и данными по промышленному производству за октябрь в Еврозоне, плюс выйдут данные по розничным продажам в США.

Нелегкий выбор Федеральной Резервной Системы
Смотреть полное изображение
 

На дневном графике eurusd сложилась следующая картина. Цена достигла уровня предыдущего максимума года 1,3715 (точка 1), пробитого 29 октября (точка 2). Пара после этого образовала новый максимум на уровне 1,62 FIBO от восходящего истинного тренда (точка 3), после чего скорректировалась в область 0,62 FIBO от тренда (точка 4). Если пробой в точке 2 был истинным, то нас ждет продолжение восходящей динамики и тестирование сопротивления 1,3832. Если же пробой был ложным, то повторный поход к предыдущему уровню сопротивления 1,3715 является необходимым условием для разворота тренда к промежуточным уровням 1,3510 и 1,3370.

Какой из этих сценариев будет разворачиваться – покажет ближайшее будущее. Если уровень 1,3715 не будет преодолен, и цена начнет снижаться, можно рекомендовать продажу пары с целями 1,3510 и 1,3370.

s_vishnevetskiy
С уважением,
Аналитик: Юрий Вишневецкий